Георгий Меликишвили. Что можно о нем сказать? Наверное, каждый из вас, сам сделает выводы, и каждому Гио откроется с какой-то своей особенной стороны. Я увидела его таким: артист, певец, музыкант, коллега, муж, друг, кумир. 

Открытый, простой, добрый, вежливый, гостеприимный, скромный, талантливый, интересный. Улыбчивый, стильный, крепкий, высокий, черноволосый.

— Можно на ты?)

— Конечно!)

— Георгий, я знаю тебя как талантливого вокалиста и лично знаю только благодаря проекту Jazz Parking. Хотя до этого смотрела на тебя по телевизору, и, как и тысячи людей, переживала, когда ты участвовал в телепроекте Голос. А что ты можешь о себе сказать сам?

— Ух, хороший вопрос! Что я про себя могу сказать… Я не буду себя хвалить, но я очень добрый и хороший человек, который поет, который дарит мелодию и позитив людям, и мне это очень приятно делать. Артист, который ищет себя. Я не стремлюсь стать мега знаменитым, но я хочу, чтобы мои песни знали многие люди, чтобы была моя аудитория.

— Но ведь сейчас уже есть определенная «своя» аудитория, которая любит твои песни и слушает их.

— Да, и мне это очень приятно и важно, когда тебя любят и как артиста и слушают твои песни, и как человека. Вот, например, тот факт, что я на ГОЛОСе спел народную песню — меня сейчас до сих пор просят «а можете спеть, что-то народное, как на ГОЛОСе. Да, песни, которые я пою, они хорошие, но уже друзья и люди, которым интересно мое творчество часто говорят «а где в этой песне ты?» И я начал задумываться над тем, чтобы создать свой собственный узнаваемый стиль, чтобы за песнями был виден истинный Гио.

— То есть, сейчас будет происходить смена стиля или это поиски какого-то одного определенного… Куда тянет, чего хочется?

— Меня всегда тянуло к народной музыке, и то, что я для себя вижу можно определить как этно-рок… взять грузинские мелодии и с живым бендом сделать их по-своему. Но есть некоторые нюансы — мы в России, а не в Грузии, поэтому работа становится еще сложнее, нужно, чтобы российский слушатель понял и принял такую этномузыку.

— Мне кажется, российская публика очень хорошо воспринимает грузинскую музыку…

— Да, я согласен, потому что, когда я делал до этого что-то истинно народное, грузинское, я не был уверен, что хотя бы десять человек, а не многомилионная аудитория, одобрят и поддержат… До сих пор мне очень много пишут: людям нравятся грузинские напевы, мелизмы. Оказывается, соул, а это все же соул, очень популярен в России. И очень приятно, когда люди понимают, любят и ждут. Отсюда и идея делать этно-песни с элементами рока, но в современном стиле.

— Да, я согласна с тобой, в любом деле важно, чтобы его приняли, и оно нравилось тому, кто делает. Вкупе это дает очень мощный эффект.

— Конечно! Есть песни, которые я просто обожаю. Взять, например, испанские баллады. Но петь только их — ограничивать себя. Я не хочу этого, а когда ты формируешь и вырабатываешь свой стиль, то в рамках него ты можешь творить все, что хочешь. Мой любимчик — Стиви Вандер — он делает внутри своего стиля все, что хочет. Вот тогда ты крут! Самое главное в артисте — выбрать свой правильный репертуар, а сам голос, как наличие правильного звучания, в этом контексте для меня, например, ничего не значит, потому что за одним голосом не видно ни характера, ни личности.

— Говоря о голосе, вспомним телепроект ГОЛОС. Как твоя жизнь изменилась после участия в нем, и что он тебе дал?

— Сильно все изменилось относительно профессионального продвижения, у меня теперь много концертов и гастролей. И не только у меня так — у всех, кто там был. Для всех для нас, участников, ГОЛОС — это идеальный трамплин в жизнь.

— А до ГОЛОСа что было?

— До ГОЛОСа я тоже пел. Были корпоративы, я пел в ресторанах, работал, но понимал, что делать карьеру артиста — это очень тяжело, да и почти нереально. Любой артист чего-то ждет всегда. Ждешь своего момента. Вот как Наргиз…я спросил у нее, вот почему, почему тебя раньше так мало знали, ты так давно поешь и ты так крута, почему тебя не видно было в России? А она ответила: «просто именно сейчас настало мое время».

— А твое время, Гио, настало? Как вообще случилось так, что ты стал петь?

— Я с детства, до 23 трех лет, пока не приехал в Москву, пел. И пел народные песни. У патриарха пел в Грузии. Когда мне было лет 15–16, я понял, что хочу петь эстраду, но сразу реализовать, конечно, трудно. Это сейчас я делаю уже то, что хочу, пою, что хочу.

Сомнений в том, быть артистом или не быть, у меня никогда не было. Это моё. Я даже больше ничего другого и не умею… Супруга подшучивает надо мной в этом плане.

— А как же гвоздь прибить?

— Не могу)). Я клянусь)))… Супруга хочет менять лампочки, а я останавливаю — ну мало ли что… тут электрик нужен). А вдруг током ударит?

— Супруга не обижается?

— Что ты! Она очень сильно меня поддерживает. Были времена, когда нам было очень тяжело. Работа то была, то ее не было, но она всегда была рядом со мной. Многие наши ребята с ГОЛОСа знают Светлану, и когда мы собираемся вместе, всегда ею восхищаются — вот это супруга у тебя, Гио!

— Тоже связана с музыкой?

— Нет, слава Богу!)

— То есть она может варить борщи и управляться по хозяйству, да?)) А если бы вы оба были музыкантами, то сидели бы без гвоздей, света и еды.)

— Она человек очень добрый. Если тяжелый момент, часто говорит — ты знаешь, это ведь жизнь, завтра будет лучше. А мы, артисты, очень ранимые люди, хрупкие прямо… нет, защитить и по голове дать, если надо, мы можем, но (!), если дело доходит до творчества… мы воспринимаем это очень трепетно. Поэтому то, чего я достиг, и кто я есть сегодня, — все благодаря ей.

— Георгий, а какие качества вообще в человеке для тебя важны?

— Простота. Я сам простой человек, даже когда разговариваю с малознакомыми мне людьми, они забывают через минуту, что я артист и общаются со мной открыто. Я не люблю понты, не люблю, когда люди пытаются выпячиваться.

— Тогда, судя по всему, и пристрастия твои тоже нехитрые. Вот, например, что ты любишь из еды?

— Ой, я не гурман, мне, по большому счету, все равно. Супруга моя очень вкусно готовит, все время спрашивает, что будешь? А я все есть буду. Вроде и хачапури люблю, и хинкали, и суши… но я никогда не заостряю внимания, что именно сегодня кушать… Сациви еще люблю)

— Сам можешь готовить?

— Картошку могу пожарить)). Когда я жил один, в Грузии, я мог и борщ сварить… А потом меня стала баловать моя супруга).

— Вернемся к тому времени, когда ты жил в Грузии. До 23-х лет, говоришь?

— Да, до этого возраста жил в своем родном городе — Телави. Потом служил в армии, в Тбилиси, во внутренних войсках.

— Во время службы играл, пел?

— Играл в оркестре. На тубе! А потом услышали, что я пою, и, конечно, пел в концертах, для целого гарнизона… А после армии я поступил в Институт Культуры, там же, в Тбилиси. Два года учился, а на третий год… как-то тяжело стало…

— Дирижером, говоришь, не стал…?

— Ну, да. Как-то не сложилось у меня с этим.

— Было сложно?

— Если честно, нет, не сложно. Просто когда не учишься… конечно, сложно. Сольфеджио — хороший же предмет, но почему я не учил его более глубоко? Это реально самый полезный предмет. Но я всегда много и упорно работаю над собой. Я могу четыре-пять часов подряд репетировать и исправлять какие-то недочеты. А если бы доучился, может быть сейчас и не делал этого. В общем, друзья, учиться надо! А преподаватель по вокалу у меня есть, я все равно к нему хожу. Потому что это только когда человек пуст внутри, он всегда доволен собой, а тот, что действительно чего-то стоит, — всегда сомневается, ищет новое и развивается.

— То есть ты очень критично относишься к себе и своему творчеству?

— Да! Я реальный человек и понимаю, на что я способен! Мне очень многие говорят — а вы хорошо поете, но реальность в другом — петь хорошо — это нереально трудно. Я очень много слушаю мировых звезд, и понимаю, что надо очень много работать: над техникой, например, над манерой исполнения.

— С кем из известных ты хотел бы спеть?

— Для меня номер один — Стиви Уандер, он космический, как сказал бы Дима Билан. Когда я его слушаю, у меня часто возникает вопрос…а может, мне бросить петь?

Второй человек — мексиканец Луис Мигель. Это такие люди, которых слушаешь и понимаешь — вот каким надо быть… Они очень сильно вдохновляют меня.

— Что еще вдохновляет?

— Добрые люди. До ГОЛОСа мне казалось, что у меня очень много друзей. После проекта остались только самые близкие. Отсеялись многие. И поэтому общение с хорошими добрыми людьми очень ценно для меня, когда, например, можно показать новую песню и не ждать зависти какой-то…

— Кстати о новой песне. 23 мая была премьера песни «Где она». Расскажешь о ней?

— В этом мне помог очень талантливый молодой саунд продюсер LC Laslo. Песня очень красивая, запоминающаяся, всем понравилась, и мне очень приятно ее петь. И, тем не менее, я все равно продолжаю искать себя, свою манеру… Артист должен не просто спеть красиво, но и чувствовать свою мелодию.

— А текст? Играет ли роль то, о ЧЕМ поешь?

— Конечно, мне нравится, когда что-то позитивное, про любовь. Вот взять песню «Ангел»… там такие слова, они и простые, но сводят с ума… и они могут стать обращением к каждому человеку.

— Эта песня на русском языке, правильно? На каких языках тебе вообще нравится петь?

— Да, песня на русском. И петь люблю я на русском, и, конечно, на своем родном грузинском языке. А еще на испанском и итальянском языках, а вот на английском петь мне не нравится.

— Тогда тебе, наверняка, и сами страны эти нравятся — Испания и Италия…

— В Италии я был, а в Испанию пока только собираюсь. В России тоже был (смеется). Объехал много городов, а в июне поедем в тур по Сибири с Пелагеей. Там очень хорошие люди, другие, теплые. Я еще в детстве там бывал, с детским грузинским хором, и у меня еще оттуда воспоминания об Омске, Новосибирске…

— Какие планы еще есть помимо тура?

— Один, конкретный план — это песни, репертуар. Вот скоро тоже намечается еще одна премьера на Music Box, так что ждите)!

— Цели ясны, какая мечта? Ведь в каждом из нас сидит ребенок?

— Вот как раз ребенка и хочу. Девочку! Нереально.) И я верю, что супруга мне ее подарит. Остальное — это работать и работать. Все возможно в этой жизни, если работать. Вот еще десять лет назад-то, что есть сейчас было мечтой, и если бы мне тогда кто-то сказал, что ты станешь таким, я бы рассмеялся. Но я работал, и вот результат. Главное — верить в себя и не останавливаться.

Один человек как-то мне сказал, поле того, как послушал меня, — может, ты другую профессию выберешь? Я не обиделся. Я всегда всего добивался сам, мне никто не помогал, не просил за меня. Я никому ничего не должен! Простых путей не бывает в жизни, и я не хочу таких путей.

— А если бы ты действительно не занимался музыкой, какую профессию бы выбрал? Вот нет у тебя голоса и нет слуха…

— Я правда не думал… Честно!)) Но у меня есть еще одно любимое занятие — виноделие! В Грузии у нас есть маленькая винодельня у отца. И если бы я не был сейчас артистом, то я купил бы много виноградников и делал для России много вина. Но, я думаю, это все будет, только попозже.

— Винодельня в будущем. ГОЛОС в прошлом. А сейчас — Jazz Parking. Добавим под конец немного лавров?)

— С огромным удовольствием! Я очень рад, что познакомился с Анжеликой. Она услышала меня и после ГОЛОСа пригласила в проект. Мне понравился коллектив, такой дружный. И это вообще честь для меня! Я узнал многих сильных музыкантов, артистов — очень крепкий проект, где получаешь наслаждение от того, что выступаешь вместе с этими людьми. Концерт у одного, а там всё и все поддерживают! Невероятно. Я очень рад, что могу быть частью Jazz Parking!)

— Кстати, 19 июня мы все собираемся в Шабаде, ресторане Сосо Павлиашвили. Приходите, будет весело!

Беседовала Юлия Санжаревская.